# Вопросы и ответы: О Марксе и марксизме

Вальтраут Фрицевна Шелике

## Вопросы и ответы: О Марксе и марксизме

Шелике Вальтраут Фрицевна. Май 2010. Актуализировано 23 сентября 2010.

### Предисловие

Весной 2010 года в интернетовском сообществе «Liberta» развернулась дискуссия о роли марксизма в советской историографии Великой Французской буржуазной революции ХYIII века. Слово за словом, и участники дискуссии поставили перед собой вопрос «А что такое марксизм?» и стали искать ответ.

«Синяя блуза» напоролся на мой сайт www.wtschaelike.ru «Мой Маркс» и порекомендовал его членам сообщества. «Форстер 2005» выложила в интернете свой давний студенческий конспект идей Маркса о законах истории, сделанный по моим работам, добавив, что «когда-то, в универе, изучая диаматовскую философию, с большим интересом читала статьи Вальтраут Шелике и конспектировала. Вспомнила о них и стала искать по сети в связи с нашим спором».

Обо всем этом мне просигналила поисковая система Google, и я заглянула на сайт либертатов. Среди обсуждаемых вопросах о марксизме я обнаружила там обсуждение также и проблемы отчуждения по Марксу. Написала в письме, что я по этому поводу думаю.

«Форстер 2005» с моего разрешения выложила это письмо на своей странице в сайте. От себя «Forster 2005» добавила:

«Было бы замечательно, если бы Вальтраут „вживую“ к нашему разговору присоединилась, если такая возможность есть. По крайней мере, у меня к ней вопросов много. Может отдельную тему завести, как раз завтра день рождения Маркса?»

В итоге на сайте «Liberta» завели раздел «О Марксе» и я стала отвечать на вопросы… Так возникли Вопросы и ответы: О Марксе и марксизме.

### Про отчуждение

2010-05-04 в 21:37

Forster2005. С разрешения В. Шелике цитирую ее письмо (адресовано было Натали, но и всем нам):

В. Шелике. Интересна реакция участников дискуссии на положение о необходимости снятия отчуждения переходом человечества к коммунизму. Но тут спорящие делают типичную, распространенную ошибку, путая Марксово Aeusserung (делание внешним, овнешнение) и Endfremdung (отчуждение). При переводе работ Маркса на русский оба понятия часто переводятся просто как отчуждение, отсюда неверное понимание позиции Маркса. У Маркса Aeusserung (делание внешним, овнешнение) существует в деятельности людей на всем протяжении истории и ему противостоит Aneignung (делание своим собственным, присвоение, овнутрение), что инстинктивно уловила часть участников дискуссии. А вот второе (Entfremdung) в деятельности людей и есть именно отчуждение (делание чужым, чуждым и даже враждебным, стоящим над человеком)и оно характерно только для определенного периода истории. Отчуждение (Entfremdung) делает жизнь человека (человечества) обесчеловеченной (entmenschlich). Против обесчеловеченной жизни индивиды и протестуют в социальной революции (по Марксу).

Я в своих лекциях и на семинарах всегда просила студентов подумать над тем, что же не устраивало в жизни накануне революции разных людей из самых различных социальных слоев. Такое начало исходно освобождает ход мысли от грубого экономического детерминизма, приписываемого Марксу (но Марксу не свойственного), и исходно дает картину целого комплекса противоречий того состояния жизни людей в Англии или Франции, которое осознавалось людьми на чувственном или идеологическом уровне, и толкавший живых людей (с их потребностями и их идеалами жизни) к революции и к контрреволюции. И этот «хаос» недовольства, идей и мечтаний можно затем обосновать (найти его истоки) в экономической, социальной, политической, духовной жизни людей того предреволюционного времени. Маркс, конечно, не отрицал роль идей в жизни людей, он «только» искал и находил еще и источники самих идей, при том не просто в головах людей, а в самой жизни людей (экономической, социальной, политической, духовной), Эти причины, источники, (экономические, социальные, политические, духовные) революционных и контрреволюционных идей существуют в жизни людей независимо от того, насколько они действительно (адекватно) были осознаны людьми, т. е. они существуют материально (и не только в экономике). Накануне революции противоречия материальной жизни (т. е. той жизни, которой люди действительно живут независимо от того, понимают, осознают они ее или не понимают и не осознают), дошли до такой степени обесчеловечивания жизни, что становятся и воспринимаются как невыносимые (по разному разными людьми), ибо ставят под угрозу существование и развитие живых индивидов. Вот тогда и созревает социальная революция как протест индивидов против обесчеловеченной жизни (Маркс).

А уж после этого можно углубиться в совокупность конкретных экономических, социальных, политических и духовных противоречий жизни того времени, обнаруживая и вскрывая здесь материальные источники грядущей революции, рассмотреть объективную расстановку классовых сил (что вовсе не противоречит реальной «путаннице» позиций конкретных людей в революции. И надо понимать при этом, что уровень развития экономических условий жизни людей того времени определяет рамки социальных революций, за пределы которых революции выскочить не могут, хотя и пытаются (иногда только идеологически, иногда только политически, иногда навязывая экономике отношения, к которым она не готова, устраивая заговоры, казня врагов народа и т. д.) Яркий пример перепрыгивания Робеспьер и Бабеф (закон маятника по Марксу).

Только экономически и классово ни одну революцию не понять и не объяснить, это в дискуссии участники уловили правильно. Только Маркс здесь не причем.

### О моей научной судьбе, о диамате и истмате, о марксизме

2010-05-12 в 11:44

marianne68. Глубокоуважаемая Вальтраут! (извините, что обращаюсь просто по имени)

Позвольте Вас поприветствовать, немного помню Ваши работы 80-х, но никогда не думала, что смогу с Вами побеседовать, и прежде всего поблагодарить — за то, что Вы, в отличие от большинства философов и историков, после развала Советского Союза не поторопились откреститься от своих трудов и от своих взглядов.

И первый вопрос, с этим связанный. Вам приходилось сталкиваться с трудностями на этой почве, например, в издательствах, на конференциях, по административной линии, или просто в частных отношениях с коллегами и студентами?

В. Шелике. Трудности, конечно, были, но не только они.

С одной стороны, в 1975 году мою первую монографию «Социальная революция: общее и особенное» отклонил Политиздат (его отзыв есть у меня на сайте (в «Мысли по поводу»).

А с другой стороны, именно рукопись этой монографии (вполне безобидной для истмата с моей современной точки зрения,) стала основанием для приглашения меня (беспартийной!) с 1977 по 1989 год постоянным участником ежегодных закрытых симпозиумов АОН при ЦК КПСС по теоретическим проблемам революции, поднимаемым и не решенным в международном коммунистическом движении. Материалы симпозиумов издавались под грифом «Для служебного пользования», т. е. не для всеобщего обозрения. Их «секретность» диктовалась и тем соображением, чтобы ненароком не навредить авторам, найденным по всей стране по принципу наличия у них способности и мужества к самостоятельному размышлению над актуальнейшими теоретическими проблемами современности.

А в Киргизии на меня, естественно, налетали некоторые местные истматчики, они выкидывали из сборников кафедры философии мои уже набранные статьи, шумели на тему, что «вечно Шелике оригинальничает и т. д.».

А в 1972 году меня на факультете вообще захотели не выбирать на следующий пятилетний срок доцентом в Кирг. гос. университете. С этой целью целая университетская комиссия разбиралась в «моих научных грехах», ретиво выискивая следы оппортунизма… Спас меня ректор, тоже историк. Два года подряд ректор своим приказом за какие-то нарушения научным советом истфака процедурных правил отменял мои перевыборы, пока страсти на факультете не улеглись.

На истфаке под моим руководством затем была создана научно-исследовательская группа из студентов и моих неофициальных аспирантов. Мы сами издавали свои сборники трудов, а местный главлит, в лице служивших там милых дам, без задержки их пропускал. Да и многие местные философы нас в это время уже активно поддерживали и давали положительные отзывы на наши статьи.

Кроме того нашу исследовательскую группу постоянно приглашал на координационные совещания Институт философии АН СССР, и наши выступления печатались в материалах этих совещаний.

А вот местное киргизское КГБ через моего приятеля юриста однажды передало свою «просьбу», чтобы я сама закрыла свой Методологический семинар, на что я приятелю ответила: «Скажи им, что, если КГБ уже и Маркс не нравится, то пусть они сами себя проверят на идейную чистоту и верность марксизму». Не знаю, передал ли приятель эти слова по назначению, но мой кружок на факультете остался.

А вот декан каждый год все снова и снова пытался методологический семинар прикрыть, как «не профильный для истфака», как «кружок философский, а не исторический» и т. д. Но кружок, тем не менее, оставался на факультете.

В 1984 году моя вторая готовая, завершенная в 1983 году, монография, на этот раз по Марксу, была отклонена изд. «Мысль». Следом эта же монография была положена в долгий ящик в АН Кирг. ССР. А в 1991 году издательство «ИЛИМ» АН Кирг. ССР неожиданно издало эту же монографию «Исходные основания материалистического понимания истории» (по работам К. Маркса и Ф. Энгельса 1844–1846 гг.» есть на моем сайте), без каких либо усилий или напоминаний с моей стороны (я сама в 1989 году уже вернулась в Москву, и во Фрунзе (Бишкеке) уже не бывала).

Такая вот противоречивая научная жизнь получается.

Вывод: у ученых советского периода кроме тех вариантов выбора, которые на Вашем сайте уже верно перечислены, был еще один выход — уехать из столицы в глубокую периферию. И там, в глубинке продолжать, продолжать и продолжать думать и писать, пусть в начале только в стол.

Десять лет в Ошком пединституте (на Юге Киргизии) с 1960 по 1969 год меня в местных научных трудах вообще не печатали, за исключением двух страничек тезисов моего выступления о социальной революции. После этой публикации местная ректорша приказала мой спецкурс о социальной революции исключить из программы для студентов истфака. Но наша кафедра этот спецкурс за мной все равно сохранила, только под другим названием.

В результате, когда в 1976–77 годах по всему Советскому Союзунаучный совет АОН ПРИ ЦК КПСС искали специалистов по теории социальной революции, у меня на руках уже была рукопись монографии, а не только одни распрекрасные идеи в голове.

Думаю, что в Москве я, вполне возможно, и не выжила бы.

Дело в том, что в Киргизии у меня все годы были студенты, которым я читала лекционные курсы по Новой истории и спецкурсы по своей научной теме, и таким образом у меня была возможность хоть как-то внедрять свои «оппортунистические взгляды» в юные головы. А вот в Москве, я понимаю, мне такую вольную жизнь никто бы не позволил.

Marianne. Второй вопрос. Я училась в университете, когда у нас преподавались традиционно диалектический материализм и исторический материализм. Первый — замечательно. Второй — на «тройку с плюсом». Как я понимаю по разговорам с моими сверстниками, не мне одной так повезло. Может быть, с этим и связано отчасти то, что, применяя концепцию Маркса к истории, многие оказываются в тупике, или впадают в упрощение, или отказываются от применения вовсе? А как думаете Вы, разделение на диамат и истмат методологически оправдано?

В. Шелике. Разделение диамата и истмата методологически совершенно не оправдано, ибо они едины. Более того, сам Маркс не отделял в отдельную отрасль своей теории также и так называемый научный коммунизм. В материалистической теории истории Маркса диалектика пронизывает теорию истории, так же как и «Капитал». Каждый категориальный ряд у Маркса целостен, диалектичен (таит в себе противоречия и развитие) и каждый категориальный ряд доводится до определения коммунизма в тех понятиях, которые относятся к данному уровню обобщения (т. е. в понятиях именно данного категориального ряда).

Marianne. Вопрос третий. Собственно говоря, очевидно, что любой «-изм» — результат коллективного сотворчества, часто не одного, а нескольких поколений мыслителей. И все же, что для Вас означает «марксизм»? Является он развитием взглядов самого Маркса или же, наоборот, принципиально противоречит им?

За ответы буду очень признательна. С уважением, Марианна Петрович.

В. Шелике. Марксизм, который проповедовался в учебниках по истмату, и в таком виде засел в головах нашей интеллигенции, писался в основном авторами, которые марксоведами сами не были, они Маркса сами досконально не исследовали. И из учебника в учебник эти авторы просто повторяли некоторые положения из теории Маркса, но так, что из марксовой теории истории «выпадал» живой человек, не было там места действительным индивидам, существовали только общество, классы и классовая борьба и еще партия нового типа. Ведущие положения истмата (о противоречиях между производительными силами о производственными отношениями, о базисе и надстройке, о законе смены общественно-экономических формаций через социальную революцию и т. п.) были взяты у Маркса, но были лишены философской глубины, их несусветно упростили, порой даже исказили. А в результате истмат не смог представить Марксову теорию истории в ее целостности. Но примитивизация теории Маркса сделала зато возможным превращение марксизма в доступную государственную религию (идеологию), опирающуюся всего на несколько незыблемых канонов. Опричники от государственной истматовской идеологии-(религии) действовали по принципу: шаг влево или шаг вправо от истмата и прощай научная головушка. Такой «марксизм» я и называю истматом.

Всеобщее распространение и торжество истмата в умах граждан было идеалом государства. Но проводившаяся «борьба за верность идее коммунизма и за чистоту марксизма-ленинизма» не была абсолютно победоносной. В то же самое советское время были в стране и многочисленные ученые, которые сами исследовали труды Маркса, издавали статьи и книги о результатах своего прочтения Маркса. Сторонники этого направления советского марксизма углублялись в теорию Маркса, отстаивали гуманизм, присущий теории Маркса, на гуманизм опирались и популяризировали «гуманистический марксизм», как принято сегодня называть такую группу советских философов… Однако, советские марксисты, за редким исключением (а такие тоже были!), Маркса, все-таки, не развивали. А вот тех своих коллег, которые «смели развивать неприкасаемое верное учение» они же нередко вполне искренне подвергали остракизму, хотя в официальных партийных документах демагогически все время и звучал призыв к развитию марксизма-ленинизма и к борьбе против догматизма. Тут, в этой борьбе в среде философов-марксистов было намешано много чистоты и всяческой нечисти действительных помыслов участников и не участников в компаниях травли своих же товарищей по цеху.

А сегодня, в силу того, что по сравнению с ХIХ веком кардинально изменился сам мир и развилась наука (наше знание) о мире, существует насущная потребность не только в адекватном понимании теории Маркса, но и необходимость и возможность в ее развитии.

В нашей стране развитие марксизма сегодня вовсе не самое популярное направление научной мысли. Большинству гуманитариев кажется самым верным просто выкинуть любой марксизм, да и Маркса в придачу, на свалку истории. Снова в головах у современной интеллигенции торжествует не знание, а сплошная идеология, только теперь вроде бы перевернутая шиворот навыворот, но она же, родимая.

С уважением, В. Шелике. 13 мая 2010 г.


2010-05-18 в 19:54

L del Kiante. Оксана, передайте синьоре Вальтраут мою благодарность за ответ и наилучшие пожелания. Я бы лишь продолжил вопрос marianne68: а сегодня Вы не испытываете дискомфорта в научном сообществе, оставаясь приверженцем теории Маркса?

В. Шелике. Нет, не испытываю, поскольку мои «мыслишки о Марксе» востребованы. Более 50000 кликов (на сентябрь 2010 года) за два с половиной года на мой сайт свидетельствуют об интересе к Марксу, о нужности и моих размышлений о теории Маркса. Потихонечку печатаются и мои статьи на русском и на немецком, я выступаю на конференциях и меня на них снова приглашают. Какой тут может быть дискомфорт в научном сообществе? Не все относятся положительно? Так это же нормально, люди имеют право думать иначе, чем я, воспринимать мир совсем иначе, чем Маркс, тем более что век сегодня ХХI, а не ХIХ. Да и разочарований в мире у людей накопилось сегодня выше крыши, и первое, что издревле приходит в голову разочарованному человеку, это найти «виноватого», и закидать его камнями. Подобная ругань-преследование в адрес Маркса меня эмоционально не трогает и не удивляет, я знаю ее социальные истоки и сверху и снизу. Кроме того ни одно новое прочтение Маркса (о необходимости которого писал Гефтер еще в 60-ые годы) не может быть единственно верным и с ходу быть принято даже сторонниками Маркса, а о его противниках и говорить нечего.

### О марксизме и позитивизме

2010-05-12 в 22:18

L del Kiante. Уважаемая синьора Шелике! Благодаря нашему сообществу, и я наконец познакомился с Вашими работами, хотя пока еще поверхностно. Вопрос же у меня общего характера: как считаете Вы, взгляды Маркса можно отнести к позитивистским? И отсюда следует другой вопрос: то часто отрицательное, вплоть до полного отрицания, отношение к взглядам Маркса в «постиндустриальную эпоху», связано ли оно с пошатнувшимися позициями позитивизма в целом? Это помимо политических и идеологических причин. С почтением.

В. Шелике. Я не специалист по позитивизму и не занималась соотношением взглядов Маркса к современным общественным теориям. Могу только сказать, что сами понятия постиндустриальное общество или современное понятие общество знаний, по-моему, выведены из ограниченного понимания производительных сил то как индустриальных (техника), то как интеллектуальных (знания, наука), что, имеет право на существование, ибо улавливает определенные изменения, происходящие с человечеством в нашем веке. Но эти понятия охватывают вовсе не все факторы и тенденции развития человечества, а перспективу все-таки искажают (и в этом, скорее всего источник падения популярности теории постиндустриального общества, оказавшегося неспособным снять существующие противоречия мира).

Мне лично более по душе Марксово понятие Человеческое (человечное) общество (Menschliche Gesellschaft), как исходное определение того общества, к которому сегодня (осознано или неосознанно, адекватно или перевернуто) начиная с ХIХ века движется человечество, чтобы не самоликвидироваться. Это движение вбирает сегодня и развитие техники, и развитие науки, но не только. Этому альтернативному движению многое способствует, но и многое противостоит в современном мире, но оно продолжается, перестав восприниматься как коммунистическое (тоже крах). Мы на переломе.

### О вульгаризации взглядов Маркса

2010-05-12 в 22:27

Marty Larny. Глубокоуважаемая Вальтраут, разрешите задать еще один «общий» вопрос. Безусловно, взгляды Маркса, им самим изложенные, подверглись и осмыслению, и вульгаризации, оказавшейся очень живучей. Более живучей, чем прототип. Как Вы считаете, какие именно вульгаризации нанесли самый серьезный урон Марксу как социальному мыслителю — скажем, в глазах наших современников? Очень рад, что узнал о Ваших работах — это то, что хочется читать. Эмиль Пашковский.

В. Шелике. Урон Марксу нанесен через:

1) Обыденное толкование бытия (Sein) как чего-то, что сродни быту, и представление о том, что Маркс, якобы, считал, что быт определяет сознание (Bewusstsein).


2) Подозрение, что Маркс отрицал роль идей в истории, и все истоки действий людей сводил к каким-то материальным (бытовым?) мотивам.


3) Трактовка производительных сил как технических факторов производства, и представление о том, что развитие техники само по себе уже обеспечивает человечеству прогресс в его развитии.


4) Трактовка производства как хозяйствования (промышленность, сельское хозяйство, торговля) и отнесение семьи, школы, ВУЗА, медицины к непроизводственной сфере (которую и финансировать можно по остаточному принципу).


5) Трактовка производственных отношений только как отношений людей к людям вне наличия в производственных отношениях и отношений людей к природе. Отсюда некая готовность совершенствовать производственные отношениям людей к людям и очень долгое пренебрежение в СССР к экологическим проблемам.


6) Потеря роли и места общения-коммуникации (Verkehr) в практическом процессе развития человечества. Трактовка общения как раннего понятия, якобы, позже замененного Марксом на понятие производственные отношения. В результате готовность с энтузиазмом совершенствовать производство (как хозяйствование), а что в результате модернизации будет с человеческим общением-коммуникацией между людьми просто наплевать. Да и дороги тоже (средство общения-коммуникации) можно надолго оставлять в жутком состоянии, главное, увеличивать производство и тогда общественный прогресс будет обеспечен. А получается «как всегда».


7) Убежденность в том, что отчужденный характер труда, от которого по Марксу люди бегут как от чумы, обусловлен наличием частной собственности (а у Маркса наоборот, отчужденный характер труда обуславливает частную собственность). Отсюда иллюзия, будто ликвидация частной собственности и превращение ее в государственную ликвидирует отчужденный характер труда, и любой труд отныне становится сплошным наслаждением. Ан, нет, и в СССР к труду пришлось принуждать разными драконовскими законами, в том числе эффективно используя и рабский труд заключенных, как в свое время это делал какой-нибудь Фридрих Второй в средневековой Германии.


8) Иллюзия о том, что рост производительности труда является единственным, самым главным критерием и условием прогрессивного развития человечества. И абсолютное непонимание положение Маркса о том, что труд постепенно убывает, а в будущем исчезнет из жизни людей, которые заменят его на СамоДеятельность и вплотную займутся своим общением. (Такую тенденцию развития человечества Маркс увидел уже в далеком ХIХ веке, ибо уже там были ростки).


9) Иллюзия о том, что коммунизм неизбежен, что «Все дороги ведут к коммунизму», тогда как у Маркса коммунизм вовсе не цель человечества, не состояние, которое можно навязать обществу, а долгосрочное действительное движение, которое, как мы видим сегодня, может и прерваться через самоуничтожение человечества или через природный катаклизм.


10) Иллюзия о том, что для перехода к социализму, достаточно изменить материальные условия жизни людей, оставив нетронутым отчужденный характер труда.


11) Разделение Маркса на раннего, незрелого, и позднего, зрелого. Это сделало возможным пренебречь первым великим открытием Маркса — открытием им законов развития истории человечества в 1844–46 годах. А материалистическую теорию истории «зрелого Маркса» выводили из популяризаторской работы «Манифест коммунистической партии» и свели целостную теорию материалистического понимания истории к паре страниц из Предисловия к «Критике политической экономии» 1857 года».


Достаточно?


2010-05-16 в 22:05

> В. Шелике. А материалистическую теорию истории «зрелого Маркса» выводили из популяризаторской работы «Манифест коммунистической партии» и свели целостную теорию материалистического понимания истории к паре страниц из Предисловия к «Критике политической экономии» 1857 года.

Marty Larny. Дело даже не в том, что это «популяризаторская работа» — это политическая программа, а программа не может и не должна отразить всю философскую концепцию, или она уже не программа.

В. Шелике. Абсолютно согласна с таким уточнением.

Marty Larny: Не соглашусь с пп. 5:

> 5) Потеря роли и места общения-коммуникации (Verkehr) в практическом процессе развития человечества.

Допускаю, что специально над этой проблемой мало кто задумывался, но стихийно, или, вернее, в силу концентрации производства и т. наз. «территориально-производственного принципа», несмотря на отсутствие сегодняшних средств связи, коммуникация было гораздо интенсивнее и содержательнее. Это просто мой личный опыт, в том числе репортерский.

В. Шелике. Я допустила неверную оговорку. Надо было написать 5) Потеря понятия общение-коммуникация (Verkehr) в теории исторического материализма.

В действительности общение, конечно, потеряно быть не может, без общения и дети на свет не рождаются. Спасибо Вам за то, что отреагировали на получившуюся несуразицу.

В материалистическом понимании истории Маркса Verkehr является парной категорией с производством (Produktion) и трудно переводимо на русский язык одним словом. Через Verkehr люди не только детей рожают, и не только общаются между собой. Люди в своем Verkehre сами же еще и искажают (феркерят) мир и сами же создают искаженный мир (verkehrte Welt), бесчеловечность которого вызывает их гнев или отчаяние и протест в революциях.

Загляните в мой сайт, там много о Verkehr e.

Marty Larny: не соглашусь с пунктом

> 7) Иллюзия о том, что рост производительности труда является единственным, самым главным критерием и условием прогрессивного развития человечества.

Насколько я помню советские времена, все же рост производительности труда рассматривался как обязательный фактор развития в конкретном обществе.

В. Шелике. Вот тут Вы зря не согласились, ибо проблема гораздо сложней, и господство этого критерия прогресса в СССР вовсе не доказательство его всеобщности, а значит необходимости и в будущем.

Думаю, что рост производительности труда является критерием прогресса только в период предистории человечества, т. е. в период варварстве и в период цивилизации. Но для коммунизма он не годится.

Дело в том, что живой человеческий труд на всем протяжении периода цивилизации постепенно вытесняется из экономической жизни людей, что обеспечивает капиталисту дополнительную прибыль, уменьшая долю переменного капитала, идущего на зарплату (прогресс с точки зрения капиталиста), а рабочего выкидывает в отряд безработных (регресс в жизни рабочего). Рабочий в результате, конечно, чувствует на собственной шкуре насколько капитализм бесчеловечен, и это стимулирует его на борьбу (прогресс). Но борьбу рабочий ведет не только под знаменем действительного освобождения всего человечества от капитализма (прогрессивно), но и разрушает машины, дает втянуть себя в войну с рабочими других стран ради интересов своей буржуазии, поддерживает фашистов, раздражается на иногородних и инородцев, сжигает автомобили невинных сограждан и т. д. (регресс).

Вместе с тем рост производительности труда высвобождает в обществе кучу свободного времени (прогресс). Но безработный, да и рабочий, как правило, не знают куда толком девать свободное время при ухудшении уровня своей жизни, которое он до селе тратил на развлечения и потребление вещей… Отсюда пьянство, наркомания, рост насилия и т. д. в рабочей (безработной) среде (регресс), а также выступления против снижения уровня социальной защиты (посмотрите на Грецию сегодня), которое воспринимается как катастрофа.

Рост производительности труда, умножает общественное богатство, что позволяет обществу содержать безработного на социальном пособии (прогресс). Но при общественной ориентации на престижность для каждого иметь рабочее место, и унизительность оказаться на социальном пособии (не у всех так, но у многих именно так), свободное время воспринимается не как «нечаянный» подарок со стороны общества для осуществления в свободное время саморазвития себя как человека (прогресс). Свободное время зачастую воспринимается как ящик Пандоры, из которого выползает целый клубок скуки, унижений и ощущений своей не востребованности (регресс для саморазвития личности, источник алкоголизма. наркомании и т. д.). Да и в СССР рабочие не очень жаловали в своем трудовом коллективе тех, кто перевыполнял план (прогресс), ибо это вело к увеличению нормы для всех, что требовало от менее проворного рабочего навязанной ему своим же товарищем интенсификации труда (прогресс), но одновременно влекло за собой рост уровня усталости, раздражительности, недовольства собой и работой у рабочего. А на усталую голову в свободное время и выпить не грех, и т. д. (регресс).

Так что рост производительности труда в период цивилизации (куда относится и СССР) таит в себе массу проблем в плане условий для прогрессивного, всестороннего развития трудящегося.

Вряд ли, на этом клубке противоречий можно строить человечное общество, не наступая все вновь и вновь на одни и те же грабли.

Какой выход видел из этого заколдованного круга Маркс? Возможно вы удивитесь, но наблюдая тенденцию вытеснения живого человеческого труда из производства и видя, что труд не доставляет рабочему наслаждение, Маркс сделал вывод об исчезновении труда при коммунизме. Переход человечества к коммунизму по Марксу осуществляется кроме всего прочего и через переход людей к СамоДеятельности, к наделению себя самих деятельностью, которая по душе человеку и доставляет ему наслаждение. И некоторым людям даже во времена Гете (который уже размышлял о замене труда творчеством), а также сегодня, уже «везет» в их жизни. Некоторые (а скорее сего даже многие) люди заняты не тем (или не только тем), что навязано им обществом для зарабатывания зарплаты, а тем делом, которое доставляет этим людям радость в самом процессе деятельности, и результаты которой нужны и другим людям. Некоторые люди занимаются такого рода разными делами даже бесплатно, (если есть у них какой-то иной, кроме найма на нелюбимую работу, источник существования).

Marty Larny. Тогда следующий вопрос: это все на «совести» исключительно советских идеологов? Можно ли сказать, что на Западе Маркс был прочитан и понят глубже, и какие это прочтение имело следствия на практике?

В. Шелике. Нет, не думаю, что можно говорить об исключительной «вине советских идеологов» и «совесть» тут мало что объяснят в причинах возникновения истмата. И на Западе материалистическая теория истории Маркса тоже еще не понята во всей ее целостности. И тому существует множество причин, и общественных, и личностных. И одна из них в том, что мыслить так диалектически, как умел это Маркс, никому из его последователей пока не удалось. Адекватно понять теорию истории Маркса под силу только коллективному творчеству многочисленных исследователей Маркса, которым и предстоит решить задачу по воссозданию материалистического понимания истории Маркса как целостной теории и написать доступный для массового читателя соответствующий учебник. Маркс учебник по материалистической теории истории не написал и нам не оставил.

### О типологии революций

2010-05-16 в 10:55

Nataly Red Rose. По-Вашему, есть ли смысл и реальное наполнение у термина «буржуазная революция»? Если да, то в чем Вы видите это наполнение?

В. Шелике. Революции отличаются по типу (каково формационное содержание революции, например капиталистическая революция, коммунистическая революция), по характеру (по тому классу, в интересах которого осуществляется революция, например, буржуазная революция, пролетарская революция), по форме (по форме классовой борьбы, например, мирная революция и немирная революция, революция снизу и революция сверху), по той сфере жизни людей, в которой происходит революция (экономическая революция, политическая революция и т. д.), по той отрасли производства, в которой происходит революция (аграрная революция, промышленная революция), по результатам (завершенная и незавершенная), по продолжительности во времени всех или отдельных циклов обострения и затухания остроты классовой борьбы (революция в широком смысле или революция в узком смысле), по целостности всего процесс смены формаций (эпоха социальной революции) и др. На моем сайте в разделе «О революциях» есть об этом статьи.

Nataly Red Rose. Всегда ли буржаузная революция является межформационной, или может быть и внутриформационной?

В. Шелике. Буржуазия сама по себе неоднородна, и представлена в истории крупной и мелкой финансовой, торговой, промышленной, а сегодня бурным расцветом целого букета крупной и мелкой спекулятивной, мафиозной, рэкетирской, мошеннической буржуазии. У каждой из этих групп буржуазии свои интересы порой прямо противоположные. Поэтому происходят и внутриформационные буржуазные революции, когда, например, на смену политическому господству финансовой буржуазии, у которой свои интересы по формуле Д — Т — Д или даже Д — Д, приходит торговая буржуазия в союзе с промышленной буржуазией, да еще и когда к власти и рвется мелкая буржуазия, у которых тоже свои интересы по формуле Т — Д — Т. Весь ХIХ век во Франции наполнен этой политической борьбой за власть внутри класса буржуазии. Так что внутриформационные революции не только возможны, но и действительно происходят (добавьте к этому промышленную революцию, кибернетическую революцию, которые тоже внутриформационные и т. д.).


2010-05-20 в 13:49

Nataly Red Rosa. Большое спасибо Вальтраут Шелике за ответ! А я продолжу ту же тему, о буржуазной революции. Конкретно о нашей Великой французской. Вот 3 признака, вокруг которых в историографии идет спор, и у нас тоже: по целостности всего процесс смены формаций (эпоха социальной революции), по типу (формационное содержание революции, например капиталистическая революция…), по характеру (по тому классу, в интересах которого осуществляется революция, например, буржуазная революция…).

Против: ВФР не была целостным процессом, т. к. смены экономической формации не произошло, и уж во всяком случае развитию капитализма дорогу не открыло, а осуществляли ВФР разные группы, буржуазия в ней не выступала как единый класс.

За (это моя точка зрения): а нельзя искать смену формации в одной точке времени и пространства! С одной стороны, ВФР продолжает цепную реакцию межформационных революций 16-17 вв. в Европе, с другой — иницирует буржуазные революции следующего века. Завершились они или не завершились, как, например, испанская или в немецких княжествах, но попытки были. И наступления капитализма в одночасье ожидать нельзя. Социальные и политические предпосылки для него — да, появились в ходе и в результате ВФР, тут я солидарна с Е. М. Кожокиным. Так это и главное. Буржуазия… Если понимать под ней именно класс по Марксу (синоним «капиталистов», класс, противоположный классу наемных рабочих), то можно выделить и общий интерес, и общие достижения. Если оперировать термином «буржуазия» в контексте 18 века (идентификация, самоидентификация), тогда, конечно, столь общей картины не будет. Хотя…

А как думаете Вы — буржуазная ВФР или нет? И если да/нет, то как бы Вы определили соответствие этим критериям нашего исторического события?

В. Шелике. Полностью согласна с Вашей точкой зрения и Вашей аргументацией, и выводом о том, что «нельзя искать смену формаций в одной точке времени и пространства» (как, впрочем, и наступления в одночасье социализма, или коммунизма как человечного общества).

В поддержку Вашей позиции могу только добавить:

1) Не верно ожидать от революции в узком смысле (1789-94 (99)) тех же результатов, которые выполняет революция в широком смысле (1789-1870). Это на примере Франции.

2) Для понимания всей целостности исторического процесса смены общественных формаций в эпоху социальной революции в период цивилизации необходимо использовать группу понятий экономическая революции, политическая революция и общественная революция. Надо исследовать совпадения и различия каждой из них а) по времени их начала и ступеням их развития, б) по методом их осуществления в разное историческое время, б)по результатам их завершенности или незавершенности относительно начала эпохи уже другой по типу социальной революции.

3) Для понимания конкретно-исторической сложности революционных процессов смены формаций необходимо учитывать неоднородность класса, в интересах которого на разных этапах осуществляются экономическая, политическая и общественная революции, ибо эти экономические, политические и общественные интересы разных групп буржуазии не только сходны, но и различны.

Но! В процессе революции каждая из групп буржуазии ради своей победы выдает именно свой интерес за всеобщий интерес всего класса или даже всего человечества, иначе ей трудно найти союзников и одержать победу. Но именно поэтому революции полны мифов и иллюзий, куда надо добавить и исходную иллюзорность самоопределения индивидами себя самих и своих классовых интересов.

Но вместе с тем революции в узком смысле, при всех сплетениях в них человечного и обесчеловеченного, истинного и ложного, мифов и реальности в одном флаконе, не случайно названы праздником угнетенных, поскольку манипуляция и обман, а также собственные иллюзии остро осознаются народными массами (тоже неоднородными) именно в такое бурное время революций в узком смысле и не только это.

Для меня ФБР, конечно, буржуазная революция, поскольку именно ее интересы (разные) поэтапно и осуществлялись в конечном счете во ФБР и дальше во Франции в течение ХIХ века (и не только во Франции).

4) Для понимания революции в широком смысле в эпоху цивилизации, недостаточно исследовать только состояние и развитие внутреннего общения-коммуникации до и в ходе революции (и в узком и в широком смысле). Необходимо исследовать (учитывать) и внешнее общение-коммуникацию (Verkehr) на протяжении революции (интервенция, революционные войны, континентальная блокада и т. д.). По Марксу состояние каждой нации в истории зависит не только от ее внутреннего производства, но также от ее внутреннего и внешнего общения. И это относится и к революционным периодам истории… Истматовское положение о невозможности, якобы, экспортировать революции этому пониманию роли внешнего общения очень мешает и противоречит.

И поэтому Вы правы, когда ставите ФБР в контекст общеевропейской истории и общеевропейского процесса смены формации (в которой участвуют не только Робеспьеры и Гарибальди, но и Наполеоны и Бисмарки) и ставите вопрос о пространстве революции.

### О критериях прогресса

2010-05-23 в 12:25

Синяя блуза. Уважаемая Вальтраут! I) Как Вы рассматриваете критерии экономического, социального и духовного прогресса? Вообще, есть ли они? (Некоторые сомневаются, говоря, что любые критерии всегда только субъективны).

В. Шелике. Предлагаю мой развернутый ответ на вопрос о критериях прогресса пока отложить. Дело в том, что 4 июня 2010 г. в ИНИОНе состоится конференция, на которой я собираюсь выступить как раз по вопросам о всеобщих критериях прогресса. Во всяком случае тезисы выступления я туда уже выслала. После конференции мне, возможно, придется написать текст своего выступления, если его станут публиковать, а по развернутому тексту ответить затем сжато на Ваш вопрос мне будет проще.

Синяя блуза. А пока вот что о прогрессе для дальнейшего размышления:

А) «Все развитие человеческого общества после стадии животной дикости начинается с того дня, как труд семьи стал создавать больше продуктов, чем необходимо было для ее поддержания, с того дня, как часть труда могла уже затрачиваться на производство не одних только жизненных средств, но и средств производства. Избыток продукта труда над издержками поддержания труда и образование и накопление из этого избытка общественного производственного и резервного фонда — все это было и остается основой всякого общественного, политического и умственного прогресса.» (Ф.Энгельс, «Анти-Дюринг»)

В. Шелике. Приведенные Вами слова Энгельса о значении роста производительности труда выявляют а) истоки, начало прогресса в период варварства и б) условия, а также сферы прогресса только в период цивилизации, когда еще существует экономика, а коммунизм не экономическая, а постэкономическая формация(!), и когда еще существует политика, т. е. когда существует государство, которого при коммунизме не будет(!).

По существу варварство и цивилизация охватывают весь процесс возникновения, развития (через рост разделения) и начала исчезновения труда. А по сему рост производительности труда не всеобщий критерий, если согласиться с Марксом в том, что при коммунизме (в человечном обществе) труд из жизни людей исчезает и заменяется СамоДеятельностью.

Возникает, конечно, проблема существует ли всеобщий критерий прогресса для всей истории человечества, (прошлой, настоящей и будущей), если даже рост производительности труда такую функцию не выполняет.

Синяя блуза: Б) Второй критерий прогресса — КАК этот избыток распределен между членами общества. Если по принципу 20:80 — 80:20, а тем более 1:90, то в прогрессе позволительно усомниться.

В. Шелике. Добавленный Вами критерий прогресса (20:80, 1:90) по распределению «излишков», требует еще и определения между кем и кем, с вашей точки зрения, осуществляется распределение. Между богатыми и бедными? Капиталистами и рабочими? Западом и Востоком? Севером и Югом? Мужчинами и женщинами?

А к человечному обществу какой критерий распределения применим?

Критерий прогресса по способам распределения общественного богатства необходим, но он требует разработки. И он, конечно, не единственный критерий прогресса.

Синяя Блуза: В) А вот что добавила Marianna-S**: а третий критерий — на производство ЧЕГО ИМЕННО расходуется этот избыток продукта труда, и обществом в целом, и отдельными его индивидами.

В. Шелике. А вот третий критерий прогресса по тому, что именно производится в обществе в качестве излишка общественного богатства и на что оно расходуется, в самую точку. Хотя сразу оговорюсь, что это, конечно, тоже не единственный критерий прогресса.

Чтобы ответить на вопрос каковы критерии прогресса и существу(ю)ет ли вообще всеобщи(и)й критери(и)й прогресса, надо помнить, что в период варварства и в период цивилизации прогресс и регресс шагают в обнимку друг с другом, и понять один без другого просто невозможно.

Люди исходно (уже и в период варварства) не только трудились и создавали средства жизни (прогресс), но они еще и воевали, убивали (порой поедали) друг друга, и соответственно трудились также и по созданию средств смерти (регресс).

И сегодня, на современном этапе цивилизации, это не изменилось, с той, однако, разницей, что современные средства смерти способны уничтожить все человечество, чего они в прошлом не могли.

А отсюда и возникает актуальный вопрос о будущем человечества, в том числе и вопрос о всеобщих критериях прогресса человечества (есть они или нет их?). И еще: в человечном обществе (коммунизме) единство прогресса и регресса сохраняется? Да или нет?

### О классах, о социальных и общественных отношениях

2010-05-23 в 12:25

Синяя Блуза. II) А как Вы отвечаете на вопрос, где они «начинаются и заканчиваются», общественные классы, ЧТО ИХ ДЕЛАЕТ КЛАССАМИ?

В. Шелике. Ответ на данный вопрос требует четко разграничивать общественные отношения (общество) и социальные отношения (социум, социальный организм) как понятия разных уровней обобщения. (Об этом подробно есть у меня на сайте «Мой Маркс»). Без такого разграничения не понять что такое классы и существуют ли они на самом деле в истории человечества.

Коротко. Осуществляя социальную деятельность, создавая социальные отношения (см. три всеобщие стороны социальной деятельности по Марксу на сайте «Мой Маркс») действительные индивиды создают также и социальные сообщества людей, которые существуют в исторической действительности (завод, семья, армия, село, школа, страна и т. д.) В этих сообществах люди что-то созидают или что-то разрушают, они общаются друг с другом, сотрудничают или конкурируют, рожают или убивают и т.д. Каждое из таких сообществ формирует какие-то потребности действительных индивидов (материальные и духовные, истинные и ложные, человечные и обесчеловеченные и т. д.). В процессе своей совокупной социальной деятельности действительные индивиды удовлетворяют или не удовлетворяют потребности своей жизни (действительные или кажущиеся, физические или духовные и т. д.).

Существенно то, что свою принадлежность к таким разным социальным сообществам действительные индивиды осознают: каждый знает когда он сын, солдат армии, покупатель в магазине, житель страны и т. д. Социальная структура любого социального организма лежит на исторической поверхности, и каждый действительный индивид может сделать и делает вывод о своем социальном положении (о социальном статусе каждого) среди других людей (среди всех).

Каждое из социальных сообществ вносит свой вклад в общую картину мира каждого действительного индивида (через индивидуальный опыт его жизни в том или ином сообществе). Картина мира у индивидов зачастую весьма противоречива, поскольку зачастую противоречивы установки, интересы и т. д. каждой из тех социальных общностей, в которые входит тот или иной действительный индивид в процессе своей жизни. Отсюда в головах людей зачастую существует несусветный хаос представлений об их потребностях, об их целях жизни и т. п. И с такой мешаниной в головах действительные индивиды и осуществляют свои исторические деяния, в том числе и во время революций в узком смысле, при том уверенные, что их собственные идеи (теории, модели мира и прочая), конечно, должны определить и результат их действия. Но на самом деле все время получается по Черномырдину «Хотели как лучше, а получилось как всегда». (Хотели Свободу, Равенство и Братство, а получили гильотину и наполеоновские войны, а вдобавок еще и новые возможности для роста эксплуатации, не ограниченной теперь только емкостью желудка феодала и т. д.)

Решения этой загадки истории о противоречиях между индивидуальными, групповыми, социальными целями (идеалами) действительных участников социальных движений и действительными результатами их действий лежит в необходимости перехода от рассмотрения трех всеобщих сторон социальной деятельности к четвертой стороне — к обществу (как у Маркса). (Подробно см. сайт «Мой Маркс»)

Общество по Марксу есть ВместеДействие (Zusammenwirken) всех действительных индивидов вместе, как некого целого. ВместеДействие людей существует в истории независимо от того, осознают его люди или не осознают, оно придает историческому процессу, в том числе и социальным движениям, общественный характер.

Сегодня, используя понятия системного метода, можно сказать, что Маркс открыл общество как системное качество, которым каждый отдельный элемент (действительные индивиды, их групп и т. п.) отдельно не обладает, но которое присуще ему как составной части системы, (по Марксу общественной формации).

Структура общества (в отличие от многочисленности социальных сообществ) в период цивилизации строится на ВместеДействии (Zusammenwirken) людей друг с другом и на противодействии (Gegeneinanderwirken) людей друг другу, что обусловлено единством и противоположностью составляющих общество классов.

Классы различаются различными отношениями разных людей к средствам производства, (надо бы добавить и к средствам общения (Vehrkehr): люди владеют или не владеют средствами производства, владеют всеми или частичными и т. д. Эти отношений собственности на средства производства (и средства общения) существуют в обществе независимо от того, осознаны они действительными индивидами или не осознано ими. Отношения людей к средствам производства и к средствам общения, т. е. отношения собственности, разделяют и связывают людей в процессе производства в определенные классы, где один не может существовать (жить) в обществе без другого, тоже независимо от того, осознано это людьми или не осознано.

Классовые отношения это, если хотите, некая сеть, попав в которую действительные индивиды оказываются разбросанными по разным сторонам общества, на владеющих условиями труда полностью, частично и не владеющими ими вовсе.

Свое классовое место в обществе индивид может и не осознавать, он даже может отрицать наличие каких-то там «выдуманных», (кстати, вовсе не Марксом(!)), классов. Индивиду видно, к какому сословию он принадлежит, из какого села происходит, а про классы он, возможно, никогда и не слыхал. Но в конечном счете именно классовая структура общества, по Марксу, «виновата» в действительном (неожиданном) результате исторических действий действительных индивидов, (на самом деле, сами того не зная, действующих в интересах того или иного класса).

Именно классовую структуру общества действительные индивиды и изменяют через социальную революцию, хотя в их головах и душах такое намерение в таких выражениях, как правило, и не существует. Но не идеи правят миром!

Результат революции беспощадно выявляет в интересах какого класса оказалось «претворение» в действительность распрекрасных идей и благородных намерений каждого действительного индивида, каждой социальной группы людей, каждого известного участника революции .

Так что не ругайте себя или деятелей ФБР за то, что в их речах и действиях во время революции невозможно увидеть четкое выражение их классовых позиций. Нельзя от французов XVIII века требовать того, что люди и сегодня еще не умеют.

А вот истмат требовал от ученых-историков выводить действия людей напрямую из их классового происхождения или из их классовой принадлежности, что заставляло, например, Адо писать о революционном крестьянстве и молчать о крестьянстве контрреволюционном, как прозвучало в Вашей дискуссии.

Разделения социальной деятельности и общественной деятельности в истмате тоже не существовало. Более того, социология, коей активно занимались на Западе, в СССР была объявлена лженаукой, и в СССР право на существование имело только обществоведение. И если истмат все и вся сводил к классам, упрощая многогранность действительной истории, то с другой стороны немало современных социологов отрицают сегодня наличие в истории классов. Последнее тоже шаг назад для научного исследования практического процесса развития человечества.

И важное. Когда речь идет об уничтожении классов при коммунизме (в человечном обществе), то Маркс имеет в виду не физическое истребление богатых бедными, буржуа пролетарием (как это зачастую понималось, и не только понималось, но и осуществлялось в действительности). Речь идет об уничтожении именно классовой структуры общества, той конкретно-исторической системы отношений, которые связывает действительных индивидов в определенное (капиталистическое) общество.

Согласно Марксу структура общества в истории человечества меняется в соответствии с изменениями способа производства и изменения форм общения. И этот длительный процесс системной трансформации (как любят сегодня выражаться) Маркс называл эпохой социальной революции, в ходе которой одна общественная формация (система) заменяется другой. Естественно, что такая историческая эпоха не может не вбирать в себя различные, противоположные социальные движения, и самые разные виды классовой (по существу) борьбы.

### О научности истории

2010-05-27 в 00:01

Forster2005. Мы часто возвращаемся к проблеме научности истории, к критериям научности гуманитарного знания. И, так или иначе, констатируем, что в истории ВСЕГДА действуют два очень сильных фактора ненаучного характера: субъективная оценка автора (исследователя), складывающаяся у него еще до проведения исследования, и влияние современной ему политической ситуации. Согласны ли Вы с этим? И — нужно ли стремиться нейтрализовать эти факторы или с этим, что называется, ничего поделать нельзя?

В. Шелике. Научность истории, каковы критерии? В этой проблеме, по крайней мере, несколько моментов.

1) Во-первых, если теория не строится на открытых учеными законах функционирования предмета исследования, то такую теории научной назвать нельзя. Научность истории определяется наличием в самой истории законов существования, развития и исчезновения человечества (и его отношений с миром). Эти законы существуют и функционируют в истории независимо от того, открыты они учеными или не открыты, и в этом смысле они материальны. Открытие законов истории и является задачей истории как науки.

По словам Энгельса именно законы истории Маркс и открыл в материалистической теории истории. И лично я с этим утверждением Энгельса совершенно согласна.

Материалистическая теория истории Маркса это наука. И историк, владеющий таким научным инструментарием исследования, при наличии источников и т. п. занят именно наукой, а не просто фантазиями на вольную тему.

2) Каждая теория, претендующая на научность, располагает определенным понятийным аппаратом, которым и пользуются сторонники данной теории. В каждое понятие сторонники одной и той же теории вкладывают одно и то же содержание, хотя бы для того, чтобы понимать друг друга, ибо иначе получится не научная теория, а полнейший кавардак. Зарождающаяся теория всегда полна терминологического кавардака, зрелая теория терминологически упорядочена.

Современные теории истории, в том числе и материалистическая теории истории Маркса в современных интерпретациях характеризуются полнейшим кавардаком понятийного аппарата. В этом смысле говорить об истории как зрелой науки не приходится.

3) К тому же, сам предмет исследования — история человечества (и его отношений с миром) существенно отличается от предметов исследования в естественных науках. Дело в том, что сам исследователь-историк все время находится «внутри предмета». (Физик не находится внутри атомного реактора; химик не сидит в колбе, в которой происходит химическая реакция). А вот историк сам, осознанно или неосознанно, является участником исторического процесса своего времени, пытается понять прошлое и настоящее в понятиях своего времени, своего социального окружения и «выйти из истории» не может. Как любой ученый (хотя физики, изобретая атомную бомбу, химики изобретая отравляющие вещества, и т. д. реже это осознают или стараются это не осознавать) историк непосредственно вписан в идеологическую, политическую и прочая духовную жизнь современного ему общества, и подвержен, как Вы верно заметили, «политическому влиянию». И некуда ему от этого деваться.

Но это тоже закон истории как науки, который, вряд ли, удается «нейтрализовать». Да и стыдиться этого закона историку тоже не стоит. Он же не виноват, что взялся исследовать самый сложный предмет какой только есть в истории человечества — саму эту человеческую историю!

Но какую общественную позицию историк займет как ученый, зависит и от его собственного выбора.

4) История это еще и такой неспокойный предмет исследования, который все время находился и находится в движении, и траекторий движения у него вовсе не одна единственная, а множество. История по определению вариативна. Это заставляет некоторых сомневаться в наличии у истории законов. «Раз невозможно со стопроцентной уверенностью предсказать результат истории, то какая же это тогда наука?», — спрашивает физик или химик. А вот и наука! История это наука об альтернативах исторического процесса развития человечества, наука, призванная дать человечеству знания о себе самом, дабы человечество все-таки научилось управлять практическим процессом своего развития.

А сие сегодня уже актуальнейшая задача, от решения которой зависят судьбы человечества в самом прямом смысле слова. Истории сегодня необходимо быть наукой.


2010-05-29 в 10:28

Forster 2005. Ну, что сказать? По пунктам 1 и 2 — согласна всецело, и вот все пытаюсь понять, что ж мы с коллегами по разные стороны баррикады понимаем под «капитализмом», потому что не может быть в науке десять разных понятий «капитализм». А в понятие (определение) как раз входят его системообразующие признаки, а их-то сформулировал товарищ Маркс…

По пунктам 3 и 4 - согласна. Только «Раз невозможно со стопроцентной уверенностью предсказать результат истории, то какая же это тогда наука?» (В.Ш.),— спрашивает физик или химик. — нет, мы так не говорим. Наш снобизм, который все же в малых дозах, но присутствует, на другом основан, не на предсказательной возможности гуманитарных наук. Физика на 100% тоже может «предсказать» далеко не все. Вальтраут большое спасибо за ответы!

### О капитализме и об отчужденном характере труда

2010-05-29 в 10:28

Forster 2005. Вот все пытаюсь понять, что ж мы с коллегами по разные стороны баррикады понимаем под «капитализмом», потому что не может быть в науке десять разных понятий «капитализм». А в понятие (определение) как раз входят его системообразующие признаки, а их-то сформулировал товарищ Маркс…

В. Шелике. Понятия капитализм разводят людей сегодня «по разные стороны баррикад» по многим причинам.

1) Одна из них отношение людей (наших ученых, политиков, идеологов и граждан) к частной собственности, этой экономической основы капитализма.

а) Многие люди сегодня склонны воспринимать частную собственность и конкуренцию как священное и неприкосновенное основание, обеспечивающее саморазвитие общества, наконец, достигнутое и Россией, а ранее уже успешно существующее на вызывающем зависть Западе. Для этих людей капитализм (цивилизация, социальное правовое государство, постиндустриальное общество и т. д.) столбовая дорога человечества в светлое будущее (чуток бы подправить, и все окей).

И Марксовы определения капитализма и его вывод о гибели капитализма в будущем для них чушь собачья, чистейшей воды утопия или злонамеренный обман со стороны очередного «параноика, возомнившего себя Спасителем человечества».

Они правы только в том, что частная собственность сегодня все еще играет и положительную роль в качестве мотива, стимула для активизации деятельности определенных групп людей, а ее преждевременная отмена и сегодня все еще чревата экономическим застоем (о чем, кстати, писал еще Энгельс!).

Но и отрицательная роль частной собственности сегодня тоже уже выпирает наружу на каждом углу, особенно в период современного кризиса. И не случайно многим снова стало интересно почитать и «Капитал» Маркса.

б) Другие люди видят в частной собственности истоки социального неравенства, угнетения, эксплуатации и т. д., и понимают, что частная собственность вовсе не священна и не неприкосновенна, а подлежит «ликвидации». (И впервые такое благородное деяние и совершила, мол, Октябрьская революция). Для них ликвидация частной собственности задача желательной в ближайшем, в самом обозримом, будущем еще одной социальной революции пролетариата в узком смысле, призванной ликвидировать капитализм и обеспечить победу социализма (с человеческим лицом).

Они правы в том, что видят в частной собственности источник социального неравенства и прочая, и в том, что частная собственность подлежит «ликвидация».

Но и эта точка зрения теоретически тоже хромает.

Во первых, правильнее говорить о снятии (Aufhaebung) частной собственности, так у Маркса и Энгельса в «Комманифесте» (а переведено как «ликвидация»). Снятие частной собственности это длительный исторический процесс, который осуществляется в самых разных формах. Ликвидация — одномоментный акт уничтожения частной собственности, что чревато, в конечном счете, застоем, если осуществлен преждевременно.

Последнее обусловлено тем, что снятие частной собственности требует устранения самого источника возникновения частной собственности, без чего частная собственность будет постоянно самовозрождаться, зачастую в самых уродливых, архаических формах (даже в форме рабства в современную эпоху, например, в ГУЛАГе или в подвале иного частного хозяйства, в тайне от глаз людских в современной России).

Дело в том, что сама частная собственность порождена отчужденным характера труда, т. е. когда труд сам по себе для человека тяжел, не приносит ему радости, но, чтобы не умереть с голоду, человеку все равно приходится трудиться, (а это уже и определенное насилии, ибо с потребностью в труде люди не рождаются). Естественно, что многие люди сочтут за счастье жить не трудясь, и совсем не случайно в раю, где люди, наконец, счастливы, они ничего не делают! И в истории человечества такая возможность жить, избавляя себя от труда, жить за счет чужого труда, исторически возникает тогда, когда возникает разрыв между работником и условиями его труда (отделение работника от условий его труда). Владение условиями труда дает владельцу возможность жить за счет труда других, чем он реально так или иначе и пользуется в период цивилизации, постепенно вообще избавляя себя от какого-либо участия в трудовом процессе. А трудящемуся остается вечный труд в поте лица своего и мечта о загробном мире.

Вот отчужденный характер труда в СССР и не был ликвидирован (снят), да и не мог быть ликвидирован (снят). Не тот был уровень хотя бы автоматизации промышленности, да еще и сельское хозяйство требовали от трудящегося уйму тяжелого, нудного, физического труда, т. е. труда, осуществляемого действительно в поте лица своего, как и в прошлом при царизме. В СССР. сохранение отчужденного характера труда не признавалось правительством и официальной идеологией, а, его «ликвидация» провозглашалась громким лозунгом о том, что теперь «Труд дело чести, доблести и геройства».

Отчужденный характер труда, продолжавший существовать в СССР, приводил к тому, что трудящийся не отказывал себе на работе в долгом перекуре, в халтурном отношении к результатам своего труда, и вообще больше всего на свете любил период своего отпуска (не все, конечно, но многие).

Сохранение отчужденного характера труда требовало и в СССР методов принуждения к труду, и т. д. что и привело к создания тоталитарного общественного строя (вариант, который Маркс тоже предвидел, когда частная собственность становится государственной и по словам Маркса старая мерзость возрождается в худшем виде).

### О разном

2010-05-30 в 22:52

Синяя блуза. А к человечному обществу какой критерий распределения применим? Принцип «от каждого по способностям, каждому по труду», мне кажется, человечный и справедливый. И вполне реальный для жизни. Когда он соблюдается. И когда неукоснительно соблюдается то, что люди, физически неспособные трудиться или много трудиться, должны содержаться обществом. Причем так, чтоб они могли пристойно жить, а не прозябать. Т. е. инвалиды, пенсионеры, временно нетрудоспособные, и т. д.

В. Шелике. Распределение по труду Маркс считал принципом распределения, который неизбежен на первом этапе перехода в коммунизму, но оно еще основано на принципах буржуазного права (Критика Готской программы), т. е. не соответствует человечному (коммунистическому) распределению.

В человечном обществе распределение основано на принципе «От каждого по способностям, каждому про потребностям». (Такой «лозунг» вовсе не утопия. Обратите внимание на то, что именно этот принцип существует в действительности в многих современных семьях, с поправкой на то, что распределения осуществляется в рамках финансовых возможностей той или иной семьи. В семье маленьких детей и взрослых не кормят по принципу «сколько ты заработал, столько и съешь», «вымыл посуду, можешь покушать», хотя за пятерку некоторые родители и дарят детям подарки, по неведению своему).


> В. Шелике. В человечном обществе (коммунизме) единство прогресса и регресса сохраняется? Да или нет?

****Синяя блуза. Вот интересный вопрос! Вообще, конечно, единство-противоположность прогресса/регресса — это источник тех самых противоречий, без которых нет и развития. Но, может, при коммунизме противоречия будут другого рода? Неантогонистические. И развитие будет не через прогресс/регресс, а через совершенствование?..**

В. Шелике. Поскольку диалектика открыла возникновение, развитие и исчезновение как закон движения всего на свете, то вряд ли человечное общество сможет обойтись без противоречий прогресса и регресса в своем историческом развитии. Но у прогресса и регресса в человечном обществе иное историческое содержание и проявление. Но и человечное общество (коммунизм) не конечная цель развития человечества (Маркс), а потому тоже чем-то сменится. А чем, ведомо только нашим далеким потомкам, если ближайшие поколения вообще сумеют сохранить жизнь на земле.

Синяя Блуза: Одно меня удивило, очень сильно:

> В. Шелике. Когда речь идет об уничтожении классов при коммунизме (в человечном обществе), то Маркс имеет в виду не физическое истребление богатых бедными, буржуа пролетарием (как это зачастую понималось, и не только понималось, но и осуществлялось в действительности)…

Никогда не встречал такого толкования, что это «физическое истребление»! И даже не думал, что такое может быть.

В. Шелике. А гражданские войны на какой теоретико-психологической основе держатся? А ссылка священников в ГУЛАГ? А Камбоджа? Разве это не физическое истребление «классовых врагов»?

Синяя Блуза: А можно еще вопрос? Как Вы относитесь к исторической аналогии? Не в публицистике, там все понятно, а как к научному методу? Например, проблема Термидора, который будто бы имеет место в любой революции.

В. Шелике. У Маркса есть закон маятника, по которому возникают, достигают апогея и угасают (завершаются) революции в узком смысле (в том числе и ФБР). В этом смысле термидор не аналогия, а по существу закономерность, но разная по форме и по историческому содержанию в разных странах и в разных революциях.


2010-06-06 в 18:42

Belle Garde. А кто из социалистов, которых называют утопистами, до Маркса, ближе всех к его теории, как Вы считаете? (Просто задумалась на тему, почему у нас больше всего изучали сенсимонистов, а не Пекера, Видаля, Шарля Фурье, Кабе или других).

В. Шелике. Я, к сожалению, не специалист по истории социалистических учений и поэтом не могу ответить на Ваш вопрос.


2010-06-06 в 22:42

Свой среди чужих…. 1. Говоря о формациях применительно к Западной Европе, какие бы Вы выделили главные признаки (в производстве жизни, и главное — в нематериальном производстве и отношениях): а) для феодализма, б) для капитализма?

В. Шелике. У Маркса человеческие отношения к миру есть единство и противоположность материальных и идеальных отношений человечества с миром. В этом ракурсе производство, общение (Verkehr) и общество тоже раздвоены на материальное и духовное производство, на материальное и духовное общение (Verkehr), на гражданское общество и государство (последнее определено Марксом как идеологическое образование, что мало кто понял). Все вместе есть общественная формация.

А дальше попробуйте сами выделить главные признаки, (а надо бы сущность) феодализма и капитализма, ладно?

Свой среди чужих. 2. Как Вы считаете, в моменты кризисов в обществе всегда опережающую и главную роль играет общественное сознание?

В. Шелике. Я так вообще не считаю. Кризисы (обострения противоречий общественного развития) созревают подспудно, в лучшем случае ощущаемые людьми как какой-то «непорядок в Датском королевстве». А когда кризисы разражаются, все (и власть и граждане) кидаются кто во что горазд понять их истоки или даже сущность. И большинство попадает пальцем в небо, редко кто в самую точку. Какая уж тут опережающая роль общественного сознания?

Но сегодня человечество как раз дошло до такой степени обострения противоречий своих отношений с миром, что настало самое время понять и осознать законы развития и законы разрушения человечества и мира, т. е. действительно достичь того, чтобы сознание (наука) не только опережало кризисы, но нашло и человечные выходы из них.

Вы можете сказать, что общественное сознание (в том числе и наука) сегодня с этим уже справились?

Свой среди чужих. 3. Как Вы объясняете такой, по мнению либералов, «несъедобный» термин — «демократическая диктатура»?

В. Шелике. Никак не объясняю. У нас вообще в моде несусветный кавардак понятий и перевертывание их смысла, (не говоря уже об отсутствии хотя бы стремления к научной строгости понятий). Это является очень удобным условием для манипулирования общественным сознанием.