# Действительность по Марксу

Вальтраут Фрицевна Шелике

## Действительность по Марксу

Шелике Вальтраут Фрицевна


В набросках начала к первой главе «Немецкой идеологии» К. Маркс и Ф. Энгельс заявили, что знают только одну науку — НАУКУ ИСТОРИИ[1]. НАУКА ИСТОРИИ звучит в пику НАУКЕ ЛОГИКИ Гегеля. По свидетельству Ф. Энгельса к 1845 году (т. е. за год до «Немецкой идеологии») «Маркс в основном разработал свою теорию»[2], сделал первое великое открытие — выявил законы Истории человечества[3].

Это небольшое вступление с напоминанием об общеизвестных положениях понадобилось для того, чтобы еще раз обратить внимание на ценность не только «Капитала», когда К. Марксом было сделано второе великое открытие, но и на не меньшую ценность работ 1844-46 годов, когда К. Марксом была создана НАУКА ИСТОРИИ.

Если в этот период у К. Марксом уже была зрелая научная теория, то это предполагает четкое обозначение ее исходных посылок, а так же наличие разработанного понятийного аппарата. Книгу под названием НАУКА ИСТОРИИ, в которой материалистическая теория истории была бы изложена в целостном виде, К. Маркс нам, однако, не оставил. Но остались рукописи, уже изданные, которые позволяют проникнуть в лабораторию Марксовой мысли и осуществить своего рода дефрагментацию доступного материала.

На прошлой конференции я предложила в качестве исходного начала материалистической теории истории Человеческие отношения к миру, разработанные К. Марксом в «Экономическо-философских рукописях 1844 года». Такое начало актуально для понимания сегодняшней действительности, когда глобальные проблемы человечества и мира достигли такого напряжения, что грозят самоуничтожением жизни на земле. В ХIХ веке, при жизни К. Маркса, человечеству и миру такая опасность реально еще не угрожала. Возможно именно поэтому К. Маркс вместе с Ф. Энгельсом в «Немецкой идеологии» начали изложение материалистической теорию истории не с Человеческих отношений к миру.

В «Немецкой идеологии» К. Маркс и Ф. Энгельс начинают с действительных исходных посылок, т. е. по существу с исходных определений действительности. К сожалению, Эвальд Васильевич, на эти исходные посылки особое внимание не обратил.

Для Э. В. Ильенкова Действительность это: «объективная реальность как конкретно развитая совокупность природных и общественно-исторических явлений; все существующее с необходимостью как закономерный результат развития природы, общества и духовной культуры в ее объективном значении»[4].

Действительность по Э. В. Ильенкову есть «объективная реальность», существующая вне и независимо от сознания и воли людей. Последнее Эвальд Васильевич специально подчеркивает: «Действительность раскрывается как система реально существующих фактов, понятая в их конкретно-историческом взаимодействии, в процессе ее саморазвития, в ее конкретной сущности, так как она складывается на самом деле независимо от воли и сознания людей» [5].

Соответственно Э. В. Ильенков полагает, что существует различие между действительностью и видимостью[6].

В данных определениях действительности «не нашлось» места действительным индивидам, с их заблуждениями, страстями, кажущимися открытиями и т. д. Я понимаю, что Эвальд Васильевич, конечно, полагает наличие людей в действительности, тем более, что на самом деле Э. В. Ильенков человека никогда не терял, и всю свою жизнь грудью стоял за всестороннее развитие каждого человека, за реальный гуманизм для всех.

Но действительность предстала в Философской энциклопедии, по Э. В. Ильенкову все-таки в весьма усложненных формулировках, в которых не упомянуты живые индивиды, такими, какими они действительно являются и какими сами себе кажутся, и какими они свою действительность сами себе представляют и сами преобразовывают.

У К. Маркса и Ф. Энгельса действительность, по-моему, определена проще, но вместе с тем уже в исходных посылках она предстает как некая исходная целостность, в которой действительно живут и действуют действительные индивиды.

Что же из многообразных явлений действительности (Wirklichkeit), с ее природными и общественными предметами и отношениями, и т. д. К. Маркс и Ф. Энгельс вычленяют в качестве начала, в качестве исходных посылок самой действительности? Этих посылок три:

а) «Это действительные (wirkliche) индивиды …» — первая посылка, [которую мы в дальнейшем будем выражать через («И»)],

б) «их деятельность (Aktion) …» — вторая посылка, [которую мы в дальнейшем обозначим через («Д»)] и

в) «материальные условия жизни, как те, которые они находят уже готовыми, так и те, которые созданы их собственной деятельностью (Aktion).»[7] Третью посылку мы в дальнейшем обозначим через («мУ»).

Поскольку К. Маркс и Ф. Энгельс выражают деятельность через несколько понятий — Aktion, Taetigkeit, Wirken и др., то в целях соблюдения правил переводов текстов К. Маркса, на которое указывал Ф. Энгельс в статье «Как не следует переводить К. Маркса»[8], требуя один и тот же термин К. Маркса переводить одним и тем же термином, мы будем переводить Aktion как акции деятельности, Taetigkeit, как деятельность, Wirken как действовать. Это имеет вполне определенный смысл для адекватного понимания структуры последовательных категориальных рядов материалистической теории истории.

Исходные посылки действительности К. Маркс и Ф. Энгельс формулируют столь виртуозно кратко, что обходятся минимальным количеством понятий, образующих вместе с тем определенное исходное отношение, в котором есть

а) субъект отношения — действительные индивиды,

б) деятельность отношения — акций деятельности действительных индивидов,

в) условия отношения — материальные условия жизни действительных индивидов, как найденные ими готовыми, так и создаваемые ими их акциями деятельности (последние выступают предметом отношения).

В исходных посылках действительные индивиды («И») представлены, с одной стороны, как субъекты акций деятельности («Д») и как субъекты материальных условий своей жизни («мУ»). А с другой стороны, очевидно, что вне акций деятельности («Д») и вне материальных условий своей жизни («мУ») действительные индивиды («И») не существуют и не могут жить, а тем более «делать историю», т. е. преобразовывать себя, преобразовывать акции своей деятельности, преобразовывать материальные условия своей жизни. Так что и акции деятельности(«Д») и материальные условия жизни («мУ») обратно воздействуют на действительных индивидов, преобразовывая их («И»).

По существу исходные посылки охватывают в новых, более конкретных определениях всю совокупность человеческих отношений к миру, что исходно, достаточно абстрактно составляет основу и содержание «делание людьми истории». Действительность в НАУКЕ ИСТОРИИ К. Маркса исходно обходится без бога, без черта, без Абсолютной идеи, без всего, что находится вне самой действительности: вне действительных индивидов, вне акций их деятельности, вне материальных условий их жизни (как найденных готовыми, так и создаваемыми действительными индивидами).

Поэтому К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркивают: «Предпосылки, с которых мы начинаем, — не произвольны, они — не догмы; это — действительные (wirkliche) предпосылки, от которых можно отвлечься только в воображении»[9], а их наличие может быть установлено чисто эмпирическим путем[10].

Все три стороны исходных посылок объединены К. Марксом и Ф. Энгельсом тем, что в каждой из них «присутствуют» действительные индивиды. Так, на первой стороне исходных посылок фигурируют непосредственно действительные индивиды, на второй находятся акции деятельности действительных индивидов, на третьей стороне находятся материальные условия жизни действительных индивидов. Действительные индивиды («И») в определенных материальных условиях своей жизни («мУ») сами создают («Д») действительность («И», «Д», «мУ»).

Необходимо обратить внимание и на то, что из всех, казалось бы, одинаково возможных исходных определений индивидов, которыми могли бы быть и производящие индивиды, и общественные индивиды, К. Маркс и Ф. Энгельс оставляют выбор именно на предикате «действительные» (wirkliche) как на исходном.

Такой выбор дает К. Марксу и Ф. Энгельсу возможность, во-первых, выразить идею, что в НАУКЕ ИСТОРИИ речь идет о действительно существующих индивидах, а не о воображаемых индивидах, какими они казались Гегелю, Фейербаху, а также младогегельянцам.

Само понятие «действительное» (wirkliche) было одним из центральных понятий, занимавшим значительное место уже в философии Гегеля и Фейербаха. «Действительное» получило у каждого из них свое, противоположное другому, определение. В работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» Ф. Энгельс счел впоследствии необходимым специально остановиться на определениях каждым из обоих философов понятия «действительное». Ф. Энгельс отмечает, что определение Гегелем действительного как разумного, а неразумного как недействительного и противоречащего необходимости, а потому подлежащего отмиранию, мирному или насильственному, вело к революционным выводам, которые сам Гегель, однако, сделать не сумел. В то же время определение Фейербахом действительного как вечного, чувственно воспринимаемого мира, привело философа к материализму, на фактическое признание которого он, однако, не решился. Каждый из философов давал, таким образом, лишь одностороннее определение «действительного», к тому же один в диалектически-идеалистической системе, а другой в метафизически-материалистической.

Обнаружив такие противоречия в теории своих великих предшественников и современников, К. Маркс и Ф. Энгельс снимают эти противоречия иными, чем у Гегеля и Фейербаха, определениями действительного. Уже в исходных посылках действительное получает новое, материалистическое и диалектическое определение. Действительное (wirkliche) служит в качестве предиката эмпирически существующих в действительности индивидов, «быть действительным» которых определяется а) акциями их деятельности и б) материальными условиями их жизни.

Приведем, текст оригинала и текст перевода чтобы читатель сам мог ознакомиться с определениями К. Марксом и Ф. Энгельсом, что значит быть действительным индивидом:

«… wie sie wirklich sind, d.h. wie sie wirken, materiel produzieren, also wie sie unter bestimmten materiellen und von ihrer Willkur unabhaеngigen Schranken, Voraussetzungen und Bedingungen taеting sind.» [11]

Переведено так «… каковы они в действительности, т. е. как они действуют, материально производят, и, следовательно, как они действенно проявляют себя при наличии определенных материальных, не зависящих от их произвола границ, предпосылок и условий»[12].

Но перевод не точен, поскольку вместо «быть действительным» (wie sie wirklich sind) в русском тексте значится «каковы они в действительности», а «быть деятельным» (taetig sein) переведено как «проявляют себя». Предлагаю свой перевод:

«…быть действительными (wirklich sein), означает как они действуют (wirken), материально производят, т. е. каким образом они бывают деятельны (taetig sein) в определенных материальных, от из произвола независимых, рамках, предпосылках и условиях».

Как видно из текста, быть действительными индивидами («И») означает действовать, материально производить («Д») в определенных материальных,( т. е. от произвола действительных индивидов независимых), рамках, предпосылках, условиях («мУ»).

Иными словами действительные индивиды (первая сторона исходных посылок) определяются К. Марксом и Ф. Энгельсом через две другие стороны исходных посылок: а) через акции деятельности и б) через материальные условия их жизни, в приведенном отрывке получивших новые определения.

В приведенном отрывке акции деятельности развернуты в более конкретные определения как действовать (wirken), как материально производить. А материальные условия жизни, наоборот, предстали более абстрактно, с жизнью действительных индивидов прямо не связанными. С такого рода нестыковками приходится мириться, поскольку первые листы первой главы «Немецкой идеологии» остались К. Марксом и Ф. Энгельсом так до конца и не отредактированными, и дошли до нас еще и в разрозненном и не полном виде.

«Материально производить» попало в приведенный текст К. Маркса и Ф. Энгельса из следующего категориального ряда, состоящего из производства, общения, общества, поэтому рассматривать его мы в этом выступлении не будем.

Обратим внимание на другое: перед нами исходные понятия, составляющие категориальный ряд определений Действительности (Wirklichkeit), как включающий а) действительных (wirkliche) индивидов, б) акции их деятельности в виде действий (wirken), а также в) материальные условия действий действительных индивидов. И все вместе взятое выступает в качестве исходного основания самой действительности.

Это уже не Гегель, и уже не Фейербах, это исходное определение действительности по К. Марксу, который, повторяю, в то время уже сделал свое первое великое открытие — открыл законы истории человечества.

На основании трех исходных посылок К. Маркс и Ф. Энгельс осуществляют затем дальнейший разворот исходных отношений действительности, обращая внимание на раздвоенность каждой их трех сторон исходных посылок.

Действительные индивиды раздвоены на мужчин и женщин, на родителей и детей, на прошлые поколения и настоящие поколения, на материально производящих и духовно производящих, на материально общающихся и духовно общающихся, на занятых физическим и занятых духовным трудом, на класс пролетариев и класс буржуазии и т. д.

Соответственно раздвоены и действия действительных индивидов на мужское и женское разделение труда в процессе продолжения человеческого рода, на прошлую и настоящую деятельность (разных поколений), на материальное и духовное производство, на материальное и духовное общение, на физический и духовный труд, на действия пролетариев и действия буржуазии и т. д.

Раздвоены и материальные условия жизни действительных индивидов на материальные условия жизни мужчин и женщин, родителей и детей, прошлых и настоящих поколений; на материальные условия жизни производящих материально и производящих духовно, общающихся материально и общающихся духовно; занятых физическим трудом и занятых духовным трудом; на материальные условия жизни пролетариев и материальные условия жизни буржуазии и т. д.

На каждом новом круге определений образуется соответствующий категориальный ряд понятий, посредством которого осуществляется последовательное восхождение от абстрактных всеобщих отношений ко все более конкретным историческим отношениям, выражающим на разном уровне обобщения законы существования и развития истории человечества.

Интересно в этой связи обратить внимание и на то, что и определения действительной революции К. Маркс и Ф. Энгельс строят в «Немецкой идеологии» тоже на основании исходных посылок действительности.

Действительную революцию К. Маркс и Ф. Энгельс определяют в Немецкой идеологии» в ходе полемики со Штирнером. Полемизируя со Штирнером, сводившим по существу революцию к идеологическому «бунту», К. Маркс и Ф. Энгельс противопоставляют штирнеровской воображаемой революции действительные (wirkliche) революции[13].

К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркивают, что, в отличие от Штирнера, они исходят из действительно существовавших действительных революций, которые можно констатировать чисто эмпирическим путем[14].

Авторы «Немецкой идеологии» вскрывают методологическую слабость штирнеровского понимания революции, которая заключается, во-первых «в том, что Штирнер исходит из двух посылок — человек и условия. При этом на одной стороне у него „изменение существующих условий“, а на другой „люди“, и обе стороны совершенно оторваны друг от друга. Санчо не подумает о том, что … эти условия никогда не могли измениться без того, чтобы изменялись люди»[15]. Во-вторых, штирнеровская революция «есть все что угодно, но только не деяние»[16].

В противоположность Штирнеру согласно К. Маркса и Ф. Энгельса, все стороны революции (человек, деяния, условия) существуют в революции не отдельно, а связаны в диалектическое единство. Ни одна сторона не существует без другой, а изменение одной ведет к изменению и других других сторон. И главное по К. Марксу и Ф. Энгельсу — «революция есть деяние»[17].

Завершающим полемику со Штирнером является знаменитое положение о том, что в «революционной деятельности («Д» В. Ш.) изменение самого себя («И» В. Ш.) совпадает с преобразованием обстоятельств» («мУ» В. Ш.)»[18].

Нетрудно заметить, что формулировки этого широко известного положения строятся в методологическом ключе трех исходных посылок. Революция есть процесс преобразования действительных индивидов, преобразования их деятельности и преобразования материальных условий их жизни.

Такое определение является самым абстрактным исходным определением действительных революций и служит методологическим основанием для осуществления дальнейших, все более конкретных, определений революции на каждом новом уровне анализа человеческой действительности.

По К. Марксу и Ф. Энгельсу коммунистическая революция тоже действительная революция. Вместе с тем, как отмечают К. Маркс и Ф. Энгельс, коммунистическая революция как действительная революция отличается от прежних действительных революций тем, что «при всех прошлых революциях характер деятельности всегда оставался нетронутым, всегда дело шло только об ином распределении этой деятельности, о новом распределении труда между иными лицами, тогда как коммунистическая революция выступает против существующего до сих пор характера деятельности («Д»)»[19].

Вместе с тем, коммунистическая революция отличается от всех предшествующих революций и тем, что она совершает переворот во всех прежних материальных условиях жизни людей и, представляя собой новый способ объединения людей, «есть создание материальных условий («мУ») этого объединения»[20].

И, наконец, коммунистическая революция есть самоизменение действительных индивидов, «массовое изменение людей, которое возможно только в практическом движении в революции; …потому, что свергающий класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества»[21], — заключают К. Маркс и Ф. Энгельс.

Это, конечно, не единственное определение К. Марксом и Ф. Энгельсом коммунистической революции, но оно может быть взято за исходное, наиболее абстрактное, обеспечивающее целостность новых, более конкретных определений действительных революций и коммунистической революции в том числе.

Таким образом исходные посылки и вошедшие в них понятия организованы таким образом, что посылки, как в целом, так и в каждом своем понятии, содержат потенцию быть развернутыми в последующие, производные от них ряды определений. Однако разворот осуществляется таким образом, что на каждом новом уровне обобщений исходные посылки присутствуют в качестве исходного основания. Это придает исходным посылкам свойства «клеточки» как действительности, так и всей материалистической теории истории в целом.

Хочу обратить внимание еще на один вопрос, ответ на который я, однако, только намечу.

У Э. В. Ильенкова действительность отличается от видимости (критерием отличия служит практика), и складывается независимо от видимости, воли и сознания людей. У К. Маркса и Ф. Энгельса уже в «Немецкой идеологии» можно найти не мало высказываний, подтверждающих такое понимание действительности.

Но возникает вопрос, где же в таком случае «обитают» видимость, воля и сознание? Вне действительности? Вне человечества и вне его отношений к миру? Где видимости, воле, и сознанию найти место в истории человечества?

Однако вопрос отпадает, если К. Маркс и Ф. Энгельс, отмечая отличие действительности от видимости, воли и сознания имеют в виду не их отдельность друг от друга, где действительность существует без сознания и сознание обитает отдельно от действительности, что было бы аккурат по Гегелю. К. Маркс и Ф. Энгельс на самом деле, скорее всего, лишь при раздвоении действительности на две ее исходные стороны, выявляют противоположность между действительностью и видимостью, волей и сознанием, которая характерна для действительности, и тем самым вскрывают внутренние противоречия действительности.

Если пойти этим путем, то можно сказать, что действительность исходно раздвоена на две стороны где:

а) с одной стороны действительные индивиды существуют и действуют при определенных материальных условиях их жизни, независимо от того, осознано ими или не осознано исходное основание действительности, («И», «Д», «мУ»)

б) с другой стороны действительные индивиды ощущают, понимают, представляют, осознают свою действительность, и даже дают ей философские определения. В действительности действительные индивиды действуют исходя и из своей видимости, напрягая волю, подключая сознание. Здесь, в самой действительности у действительных индивидов, в акциях их действий и обнаруживаются видимость, воля, и сознание, без чего ни один действительный индивид вообще-то не действует. А результаты видимости оседают в материальных условиях жизни действительных индивидов, чему свидетельствуют хотя бы церкви, мечети, синагоги, молельные дома и другие овеществленные атрибуты религии.

Если это так, то уже и в исходных посылках действительности, в этой «клеточке»» надо бы «заподозрить» присущие действительности противоречия, глубоко там «зарытые». А для этого сами исходные определения «клеточки» должны быть такими, чтобы в них «угадывались» противоречия. Это очень трудная задача, и не каждой теории удается ее решение.

Однако в материалистической теории истории К. Марксу и Ф. Энгельсу это удалось при выборе целого ряда понятий, в том числе и при определениях исходных посылок действительности. Такое стало возможным, поскольку исходные понятия «клеточки» выбраны так, что уже их семантическое значение само исходно противоречиво.

К. Маркс и Ф. Энгельс широко используют возможности немецкого языка, и в первую очередь семантическое богатство целого ряда тех слов, которые стали понятиями материалистической теории истории. У К. Маркса и Ф. Энгельса это не стихийный подход, а вполне осознанная, сознательная позиция. Ф. Энгельс даже отмечает характерное противоречие немецкого языка, его неуклюжесть в обиходе и в то же время его чрезвычайную гибкость при разработке сложнейших тем[22]. Трудности переводов философских текстов К. Маркса и Ф. Энгельса отмечал и В. И. Ленин, читавший, как известно, произведения К. Маркса и Ф. Энгельса на языке оригинала. Отсюда, обращение к семантике слов, избранных в качестве понятий НАУКИ ИСТОРИИ, не только оправдано, но и необходимо.

Рассмотрим в этой связи еще раз определение в исходных посылках индивидов как действительных (wirkliche), а их действий как wirken.

Напомним, что быть действительными означает, как индивиды действуют (wirken), как они материально производят, т. е. как они деятельны (taеtig sind) в определенных материальных условиях[23]. В таком определении акции деятельности действительных индивидов, начинают развертываться с понятия действовать — wirken. Это неслучайно.

Глагол действовать — wirken — имеет общий корень с прилагательным действительным wirklich и с существительным действительность — Wirklichkeit, что и в немецком и в русском языках совпадает. Перед нами определенный категориальный ряд понятий, семантически связанный происхождением его понятий от одного и того же корня: действительные, действовать, действительность. Так сразу «видно», что действительные индивиды это индивиды, действующие в действительности.

Все это не имело бы принципиального значение, если бы не удивительное семантическое богатство немецкого wirken, позволяющего угадывать за ним по существу целую совокупность созидательной человеческой деятельности.

Глагол wirken, от которого и происходит прилагательное wirklich и существительное Wirklichkeit обозначает не только «действовать», но также «работать», «созидать». А значит, wirken по семантическому значению вбирает различные виды деятельности — от труда до творчества включительно. Семантическое богатство wirken позволяет изначально угадывать в исходных определениях индивидов как «действительных, действующих индивидов» целую совокупность акций деятельностей, присущую им как действительным индивидам.

Но и это еще не все. Тот же глагол wirken имеет, кроме перечисленных, еще один ряд не менее употребительных значений: он обозначает не только «действовать», но и «казаться», не только «работать», «созидать», но и «создавать видимость», «производить впечатление» («Du wirkst komisch» «Ты производишь странное, впечатление» — говорят немцы о непонятных странностях иного человека или явления), Такая двойственность семантики глагола wirken, позволяет при использовании его в качестве исходного определения акций деятельности действительных индивидов с самого начала подразумевать их двойственный характер — единство и противоположность действительности и кажимости (видимости) в действиях индивидов. Некое лицедейство тоже присуще действиям индивидов и характерно для их действительности.

Не только wirken вбирает в себя одновременно и действительную и видимую, кажущуюся стороны деятельности людей. Столь же двойственно определяются и wirkliche индивиды: а) как действующие, материально производящие индивиды, и б) как индивиды, какими они кажутся себе и другим в своем или чужом воображении, как индивиды, духовно производящие. То, какими действительные индивиды «кажутся», выражается ими в идеях, в теориях, в представлениях и определяется тем, что и как действительные индивиды материально производят в определенных материальных условиях их жизни.

Заметим в скобках, что и Гегель определял индивида через его действия: «Индивид … есть свободное действование … есть только то, что получается в результате — его действия»[24]. И далее: «Истинное бытие человека … есть его действие, в последнем индивидуальность действительна»[25]. Однако, как известно, существенной для человека деятельностью Гегель счел только теоретическую деятельность. Это К. Маркса и Ф. Энгельса не удовлетворило. Но в пику Гегелю «выкидывать» духовную деятельность из действительности К. Маркс все-таки не стал. Более того, как известно, согласно К. Маркса духовная деятельность первоначально была непосредственно вплетена в материальную деятельность, и обе стороны разделилась только в результате разделения труда[26].

Не только wirken вбирает в себя одновременно и материальную и духовную стороны деятельности людей. Ведущие всеобщие роды деятельности людей — производство, общение, вместеДействие (Zusammenwirken) людей (общество), на которые К. Маркс и Ф. Энгельс затем разворачивают исходное wirken, также вбирают в себя обе стороны деятельности людей — и материальную, и духовную. К. Маркс и Ф. Энгельс членят производство на материально и духовное, общение на материальное и духовное, способ вместеДействия — общество — на гражданское общество и государство, где последнее предстает в качестве «идеалистической надстройки»[27] гражданского общества.

Таким образом, К. Маркс и Ф. Энгельс избирают для исходного определения индивидов в «клеточке» действительности такой предикат, который, происходя от глагола wirken, уже по семантическому значению таит возможность угадать в нем все более расширяющиеся круги определений акций деятельности действительных индивидов, а главное идею о том, что кажимость (видимость) оказывается внутренне присущей действиям действительных индивидов и не возникает вне их действий, вне их действительности.

Над этими сюжетами еще предстоит поразмыслить. При этом, наверное, стоит помнить, что К. Маркс разрабатывал именно НАУКУ ИСТОРИИ и соответственно понятия, необходимые для выявления законов истории. Материалистическую теорию истории, конечно, можно называть философией истории, но стоит напомнить, что сам К. Маркс ее так не называл, и настаивал на том, что идеология, к которой К. Маркс относил и философию, сама является только одной стороной истории, и часто сводится либо к превратному толкованию истории либо к полному отвлечению от истории[28].

В этом ракурсе интересно взглянуть на перечень понятий действительности, встречающихся у К. Маркса: чувственная (sinnliche) действительность, истинная действительность, иллюзорная действительность (религия), превращенная (verwandelte) действительность, отчужденная действительность, разорванная действительность, истинная человечная действительность, капиталистическая действительность, современная политически-социальная действительность, немецкая действительность…

Конечно, я еще не все нашла. Но действительность как «объективную реальность» я пока у К. Маркса не обнаружила.

1

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология / Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 5.

2

См. Энгельс Ф. К истории союза коммунистов // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 21. С. 220.

3

Энгельс Ф. Похороны Карла Маркса / Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 19. С. 350.

4

Философская энциклопедия, т. 1, с. 442.

5

Там же

6

Там же. С. 443.

7

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология / Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 8.

8

См.: Энгельс Ф. Как не следует переводить Маркса // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 21. С. 238.

9

Маркс К.. Энгельс Ф. избр. произв. В трех томах, М. 1980. Т. 1. С. 8.

10

См. там же.

11

МEGА.1932. B. 1/5.- S. 15.

12

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Избр. произ. в трех томах. М. 1980. Т. 1. - С. 13.

13

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. З. С. 375.

14

Там же.

15

Там же. С. 377.

16

Там же. С. 380.

17

См.: Там же. С. 375.

18

Там же. С. 201.

19

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 31-32.

20

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 63.

21

Там же. С. 32.

22

СМ.: Энгельс Ф. Заметки о Германии 1789-1873 годов // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е Изд. Т. 45. С. 126.

23

См.: МАРКС.К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 13.

24

Гегель. Соч. М., 1959. Т. 4. С. 165.

25

Там же. С. 178.

26

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. I. С. 24.

27

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. I, С. 71.

28

См. Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология / Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т. 1. С. 5.