# Мысли по поводу «ЛОГОС» №2, 2011 г.

Вальтраут Фрицевна Шелике

## Мысли по поводу «ЛОГОС» №2, 2011 г.

Шелике Вальтраут Фрицевна. Актуализировано 31 октября 2012.


Весь сборник объединен общим предметом исследования — материалистическое понимание истории. При том исследование осуществляется в самых разных ракурсах, порой с противоположных позиций, но без ругани и без «разоблачений» кого бы то ни было. Это подкупает.

Все авторы осознают ограниченность истмата советского розлива, и нацелены на выявление (реконструкцию) целостной теории материалистического понимания истории непосредственно по произведениям Маркса. При этом авторы не просто марксоведы в буквальном (буквоедском) смысле слова. В своих статьях авторы сборника решают задачи по восстановлению утраченного истматом, и одновременно додумывают те мысли, которые у Маркса только набросаны, но не развернуты, и которые особенно актуальны для понимания законов и перспектив развития человечества в современном периоде истории.

Сборник позволяет выделить те общие для всех сторонников материалистического понимания истории проблемы, которые подлежит решить (а порой просто договориться об единой терминологии), дабы предстала теория Маркса подлинной наукой во всей ее целостности.

Что это за проблемы?

1) Уже одно название теории Маркса не устаканилось у сторонников Маркса: Марксизм? Философия истории? Наука истории?

Хочу сказать, что если следовать терминологии самого Маркса (и Энгельса), то это «Наука истории» в пику, в противоположность «Науке логики» Гегеля, т. е. Маркс создал науку, предмет которой история человечества; это также и «Материалистическая теория истории», т. е. у Маркса научная теория истории человечества; это еще и «Материалистическое понимание истории», т. е. у Маркса есть свой научный метод, своя методология познания (понимания) истории человечества, законы существования и развития которой он и открыл (согласно Ф. Энгелса) в первый период своих научных исканий.

У самого Маркса не «Философия истории», а наука, теория, метод понимания (познания) истории. Сегодня существует немало предложений именовать теорию Маркса Философией истории.

Как к этому отнестись?

Полагаю, что обозначенный Ф. Энгельсом выход (Ausgang) Маркса из немецкой классической философии, вовсе не означает конец (как переведено) философии вообще. Энгельс констатирует уход, выход (Ausgang), перемещение философии из фундамента (где, казалось, она обитает) на один из многочисленных этажей (где она всегда и обитала) создаваемого человечеством здания знаний о себе и о мире.

Из философии Маркс и Энгельс вышли в диалектическом смысле этого слова: «внутри», с высот предшествующей философии Маркс и Энгельс начали свой научный поиск, но вскоре вышли (Ausgang) из философии «наружу», спустившись на другую, фундаментальную основу человеческого бытия: с небес философии они спустились на землю истории, и тогда Марксом было сделано первое великое открытие.

Философия не кончилась, она и сегодня благополучно существует в современном духовном мире, весьма активно участвуя в поисках истины, в том числе и относительно законов существования и развития человечества и мира.

А потому надо бы, быть может, договориться о приемлемости также и понятия «Философия истории» к теории Маркса, хотя сам Маркс, как известно, в свое время активно открещивался от философии. Если сегодня использовать понятие философии истории в качестве характеристики (названия?) теории Маркса, то, надо четко определить, что мы сегодня понимаем под этим названием. Размышления на эту тему есть в статье Андрея Баллаева. «Философия истории Маркса: реконструкция и надежды». Автор выступает против обозначения теории Маркса как Науки истории в пользу Философии истории. («Логос» №2, 2011 г. Стр. 62-65).

2) Следующая общая проблема это теория формаций.

Среди авторов сборника нет приверженцев теории пятичленки. Этот истматовский постулат, опровергнутый всем действительным ходом истории, страстно клянет Вадим Межуев (Логос № 2, 2011 г., стр. 19). Межуева спокойно поддерживает Веса Ойттинен. (Там же. Стр. 38)

Но спорным оказался вопрос, является ли теория смены общественно-экономических формаций действительно одним из фундаментальных открытий Маркса, выполняя своего рода функцию краеугольного стержня теории материалистического понимания истории у Маркса?

Авторы сборника, утвердительно отвечающие на этот вопрос, заняты определением сколько формаций на самом деле находил в истории сам Маркс?

Межуев, с ссылками на Маркса, в статье «Идеи Всемирной истории в учении Карла Маркса» выдвигает систему доказательств о наличие в истории всего одной экономической формации, в которую Маркс включил азиатский, античный, феодальный и капиталистический способы производства в известном Предисловии к «Критике политической экономии» 1857 года. А первобытное общество и коммунистическое общество, по утверждению Межуева, не являются экономическими формациями, поскольку строятся, в отличие от азиатского, рабовладельческого, феодального и капиталистического способов производства, на иных, неэкономических основаниях.

Андрей Майданский в статье «Логика исторической теории Маркса: реформация формаций» признает, что Марксу не удалось создать целостную, логически выверенную теорию общественно-экономических формаций равную уровню «Капитала». Майданский в статье занят реконструкцией и развитием теории формаций на основе членение Марксом истории человечества на архаичную формацию, вторичную формацию, капиталистическую формацию, коммунистическую формацию. Автор занят выявлением «формационного кода истории», и «ориентируясь на простое понятие труда, находит четыре экономические формации, каждая из которых полагает один из моментов субстанции труда в качестве господствующего отношения людей в общественном производстве» («Логос» № 2, 2011 г., стр. 148). Майданский приводит немало ссылок из произведений Маркса, в которых коммунизм недвусмысленно обозначен Марсом как экономическая формация.

Разногласиям между Межуевым и Майданским предстают в новом свете в ракурсе позиции тех авторов (Андрей Баллаев, Веса Ойттинен), которые считают, что сам Маркс никакой теории формаций вообще никогда не создавал, да и создавать не собирался. Для Маркса формация, мол, всего лишь одно из понятий, идентичных форме, пласту (как в геологии), и не более того (Там же, Стр. 67). А сама теория смены общественно-экономических формаций, на самом деле, просто досужий вымысел позднейших последователей Маркса, и ничего общего с аутентичным Марксом не имеет. Веса Ойттинен в статье «Об экономии времени и «царстве свободы», напоминает, что впервые в печатных работах Маркса выражение «формация» появляется только в 1959 году. А это значит, что в период своего первого великого открытия Маркс понятием формация совсем не пользуется и его содержание не определяет.

Согласно Веса Ойттинена «Маркс не располагал сколько-нибудь завершенной теорией экономического развития в смысле прохождения через определенные, прогрессивные стадии, как это утверждала доктрина истмата, и что многие по сей день принимают за подлинную идею Маркса… Маркс… не конструировал метафизику истории типа той, что была представлена советской идеологией. В действительности эта теологическая интерпретация Марксовой теории общественного развития восходит еще к писателям Второго интернационала…». (Там же. Стр. 38-39)

Сам же Веса Ойттинен находит, что в «своей теории Маркс соединяет материалистическое понимание истории с перспективой человеческой свободы — факт, которым часто пренебрегали механические и экономические интерпретаторы марксизма из Второго интернационала или советского истмата» (Там же. Стр. 41). Однако эту мысль в статье Веса Ойттинен не развивает.

Так обозначается еще одна проблема — что движет историю? Существует ли в теории Маркса какой-то «код истории» (Майданский), исходно и по сей день определяющий всеобщие параметры существования и развития истории человечества?

Майданский в статье обнаруживает в работах Маркса такой код в последовательном историческом развития (развертывании) труда, что является источником (причиной) развития самого человека (человечества).

Межуев замечает, что труд, конечно, «первая и само собой разумеющаяся предпосылка существования человеческой истории. …Было бы, однако, серьезной ошибкой, противоречащей замыслу Маркса, — продолжает Межуев, — сводить всю историю к такому труду» (Там же. Стр. 10). По Межуеву: «Труд, общение, сознание (а не только труд — В. Ш.) и есть те исходные предпосылки, из которых складывается его (человека, человечества — В. Ш.) общественное бытие на любом этапе исторического развития» (Там же. Стр. 10).

И далее через целую систему доказательств Межуеву проводит мысль о том, что мировая история предстает «как процесс обретения человеком индивидуальной свободы» (Там же. Стр. 23).

В том же направлении исследует Маркса и Андрей Баллаев в статье «Философия истории Маркса: реконструкция и надежды». Автор отмечает: «Для Гегеля сознание свободы служило критерием различия основных исторических этапов прогрессивного развития человечества, что позволило ему сконструировать свою знаменитую философско-историческую триаду. Нечто подобное имеется и у Маркса» (Там же. Стр. 62). Но если у Гегеля сознание свободы, то у Маркса практическая свобода (См. Там же. Стр. 67). Признавая, что у Маркса существуют и «иные, варианты построения конструкции мировой истории, более близкие к традиционной для марксизма трактовке развития производительных сил как мотора исторического развития, способа производства как оформителя этого процесса и т. д.», Баллаев настаивает на том, что «в любом случае критерием, позволяющим различать основные стадии этого процесса остается индивидуальная практическая свобода» (Там.же. Стр. 67) для меньшинства или большинства индивидов. Этот вывод Баллаев обосновывает наличием у Марса триады, соответственно которой все «существование человечества делится у Маркса на три фазы 1) отношения личной зависимости; 2) личная независимость, основанная на вещной зависимости; 3) свободная индивидуальность, основанная на универсальном развитии индивидов (Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 46. Ч. 1. С. 100-101) (Там же. Стр. 67). И далее по тексту статьи следует весьма интересный анализ по работам Маркса Истории свободного времени в ракурсе обозначенной триады. При этом автором прослеживается изменение соотношения рабочего и свободного времени на каждой их трех стадий развития человечества, и особое внимание уделено современности. Свободное время характеризуется как необходимое условие, как предпосылка развития индивида (меньшинства, а затем и большинства индивидов).

Баллаев приходит к выводу, что в современном потребительском обществе делом времени является превращение свободного времени во время для «свободной деятельности, не определяемой, подобно труду, под давлением той внешней цели, которая должна быть осуществлена и осуществление которой является естественно необходимостью или социальной обязанностью» (Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 26. Ч. III. С. 265) (Там же, Стр. 80), как это происходит и в наше время. По мнению автора человечество «доползет до реального царства культуры… и страшно сказать, до реальной универсализации личности, появления „тотальных индивидов“» (Там же, Стр. 80) Доказательства? Прочтите статью Баллаева.

Я же напомню, что по Марксу коммунистическое общество есть такая ассоциация людей, в которой свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех («Манифест коммунистической партии»). Так что не чужда Марксу проблема свободы, как не чужда и мысль об освобождении человечества от труда при замене его свободной деятельностью, осуществляемой индивидами по собственному выбору, в силу внутренней потребности и соответственно своим способностям, а не по внешней необходимости и внешнему принуждению. Маркс называл такую свободную деятельность СамоДеятельностью.

В заключении еще раз возвращаясь к началу Моих Мыслей по поводу Сборника «Логос» № 2, 2011 добавлю:

Петр Кондрашев в статье «Онтология историчности и философия Маркса» считает, что наиболее адекватно «позиция Маркса в целом схвачена А.Грамши (марксизм — это философия практики) и Э. Фроммом (марксизм — это антропологическая интерпретация истории), т. е. это… онтология социальной практики» (Там же, Стр. 81).

Для Сергея Мареева материалистическое понимание истории только «метод, рассматривающий политические отношения как отражение экономических отношений» (Там же. Стр. 99)и «Ни в коем случае не доктрина» — подчеркивает автор. (Там же. Стр. 102). Подробно См. Сергей Мареев «Методология исторического исследования: социальная философия и материалистического понимание истории».

Есть в «Логосе» № 2 немало интересных мыслей, про бытие, деятельность, отчуждение, общество, культуру и многое другое, без чего невозможно понять ни Маркса ни современный этап развития человечества Эти сюжеты наверняка послужит читателю новым импульсом для размышлений…

Короче, читая Сборник есть над чем подумать, чтобы двинуться дальше «Открывая заново Маркса», как озаглавил свою статью Марчелло Мусто. (Там же. Стр. 151)

Остается искренне и сердечно поблагодарить авторский коллектив и редакцию за работу и выпуск в свет «Логос» №2, 2011 года.

СПАСИБО!!!!!